?

Log in

No account? Create an account

mladokoshkin


Ростислав Молодыко


ПРЫЖКИ ЧЕРЕЗ БАРЬЕР, ЯЗЫКОВОЙ.
mladokoshkin
Originally posted by ub_mybrend at ПРЫЖКИ ЧЕРЕЗ БАРЬЕР, ЯЗЫКОВОЙ.

КАКИЕ ПРИЧИНЫ ЗАСТАВИЛИ ВЕНЕЦИАНСКУЮ КОМИССИЮ ВЫСТУПАТЬ НА СТОРОНЕ РУСОФОБОВ

Мое интервью ИА REX

Венецианская комиссия считает, что закон о языках, значительно расширяющий сферу применения русского языка на Украине, противоречит Конституции и не должен быть принят. Об этом говорится в заключении комиссии. Представитель Венецианской комиссии от Украины, народный депутат от Партии регионов Сергей Кивалов комментируя итоги рассмотрения в комиссии законопроекта «О языках в Украине», отметил, что призывал членов Венецианской комиссии рассматривать законопроект с точки зрения защиты прав человека, а не с точки зрения защиты языка.
«Проект заключения комиссии противоречит рекомендациям Совета Европы о необходимости выполнения положений Европейской хартии региональных языков. В них говорилось, что русский язык заслуживает особого положения, учитывая число русскоговорящего населения Украины», — отметил он.


Read more... )


ГЛУХАЯ ПОРА ЛИСТОПАДА
mladokoshkin
Originally posted by putnik1 at ГЛУХАЯ ПОРА ЛИСТОПАДА



Цитата

krawazog
2011-03-23 02:32 pm UTC (ссылка)
Ну, так не хотят люди признать, что поверили в какую-то ахинею, неизввестно откуда взявшуюся. Прямо как в "Ревизоре". <<Прибежали как сумасшедшие из трактира: "Приехал, приехал и денег не плотит...">>

(Ответить) (Уровень выше)


отпечатано комментоксероксом

Хотел было написать, что юзер krawazog и ему подобные (их, очень похожих, с одинаковым, как под копирку визгом про "ахинею", вдруг появилось в Сети немеряно) могут хоть на ветошь порваться, но я ни одного слова, сказанного в постинге "Молоком между строк", отказываться не собираюсь. Поскольку, если я чему-то и выучился за последнюю дюжину лет, так это работать с информацией, и только благодаря этому умению живу сейчас там, где живу, и так (дорогой twincat, ежели что, подтвердит), как живу. Но, слава Богу, уже нет нужды говорить. Интервью Владимира Васильевича Чамова, в препарированном виде взбодрившее  уродцев, опубликовано полностью. По ходу дела, там дан смачный щелбан и любителям позлословить насчет "рая при Каддафи", но главное, мне остается лишь согласиться с уважаемым danieldefo: действительно, в устах карьерного дипломата с 30-летним стажем фраза "Это в определенном смысле можно считать предательством интересов России" - резкость, круче которой только публичная пощечина. А уважаемый detnix, имя которого послужило гарантией, что в слух поверят, вправе убрать нафиг из блога свое "покаяние". Но пусть лучше не делает этого. Оно уже живет само по себе.  И вот еще что. Блог уважаемого detnix я в свое время нашел и владельца зафрендил по наводке друзей, упрекнувших меня в том, что, дескать, завел себе рубрику "Верещагины", а о коллеге по ЖЖ, под эту рубрику более чем подходящем, ничего не знаю. Я тогда сходил по ссылке, почитал заметки автора и его биографию, потом его книгу, потом навел кое-какие справки, и я гарантирую: этот постинг (см. под катом), написанный человеком, знающим цену слову, говорит много больше и о много большем, чем изначально предполагал сказать автор.

Read more... )

(no subject)
mladokoshkin
http://marina-yudenich.livejournal.com/602974.html

УВАЖАЕМЫЙ ДМИТРИЙ АНАТОЛЬЕВИЧ!
Во время Вашего последнего телевизионного общения со страной Вы сделали акцент на необходимость учитывать общественное мнение чиновниками всех уровней.
9394 человека подписались под Обращением к Вам с просьбой обратить внимание на дело Сергея Аракчеева и Евгения Худякова.
Три года назад, 27 декабря 2007 года, лейтенанты дивизии им.Ф.Э.Дзержинского Сергей Аракчеев и Евгений Худяков были осуждены судьей Северо-Кавказского окружного военного суда Цибульником В.Е. соответственно к 15 и 17 годам лишения свободы за преступление, которое они не совершали - мы говорим об их невиновности совершенно ответственно, как люди, детально знающие как обстоятельства дела, так и ход третьего судебного процесса. Ранее Аракчеев и Худяков были дважды оправданы судом присяжных.
Мы уверены - и время подтвердило нашу правоту - что осуждение Аракчеева и Худякова, больше похожее на принесение в жертву, никак не повлияло на криминогенную остановку в стране, не снизило уровень террористической опасности, никого не умиротворило, однако сильно подорвало доверие к институтам власти, в том числе и к судебной системе.
Сергей Аракчеев в общей сложности уже более 4 лет находится под стражей за преступление, которого он не совершал.
Еще не поздно исправить судебную ошибку. Пожалуйста, прислушайтесь к голосу общественности!


ОБРАЩЕНИЕ ОБЩЕСТВЕННОСТИ К ПРЕЗИДЕНТУ РФ ДМИТРИЮ АНАТОЛЬЕВИЧУ МЕДВЕДЕВУ.
Уважаемый Дмитрий Анатольевич!
Не первый год как завершилась война в Чечне. Наш Президент и Правительство, другие органы власти много сделали для возвращения Чеченской Республики к мирной жизни. Особая роль в этом принадлежит армии, мужественно выполнившей свой долг по восстановлению конституционного порядка на территории Российской Федерации.
Поэтому мы хотим обратить Ваше внимание на вопиющую несправедливость, допущенную по отношению к офицерам Сергею Аракчееву и Евгению Худякову.
Сергей Аракчеев, командир саперной роты, лейтенант дивизии им. Дзержинского (в/ч 3186, г. Реутов-3) и Евгений Худяков, командир роты разведчиков, лейтенант той же дивизии были дважды оправданы приговорами Северо-Кавказского окружного военного суда на основании вердикта присяжных заседателей по обвинению в убийстве трех жителей Чеченской Республики. Присяжные установили их полную непричастность к этому преступлению.
Для нас, как и для двух коллегий присяжных, невиновность Сергея Аракчеева и Евгения Худякова очевидна – ведь она подтверждается многочисленными доказательствами, среди которых показания почти тридцати свидетелей, приказы, заключения экспертиз и другие документы.
Но выносить приговор – исключительная компетенция справедливого и беспристрастного суда. А вот его по делу как раз и не было!
В ходе третьего процесса, проведенного уже без присяжных, одним судьей - и проведенного, на наш взгляд, крайне несправедливо - Сергей Аракчеев был приговорен к 15 годам лишения свободы, а Евгений Худяков – к 17 годам.
Мы считаем, что Верховный Суд РФ, отменив оправдательные приговоры Сергею Аракчееву и Евгению Худякову, лишив их права на рассмотрение их дела судом присяжных, допустил в отношении них дискриминацию, фактически, поставив военных, честно выполнявших свой долг в Чечне, в положение граждан второго сорта.
Для нас непонятно, почему военные, рисковавшие своей жизнью во имя мира и спокойствия в России, не имеют права на суд присяжных? Чем они хуже других граждан? И какая категория граждан следующей лишится права на суд присяжных?
Мы считаем, что произвольное лишение граждан нашей страны права на суд присяжных, вынесение им после двух оправданий жестокого обвинительного приговора, наносит ущерб престижу государства, авторитету судебной власти и ставит под сомнение принцип верховенства закона, провозглашенный в нашей стране.
Мы убедительно просим Вас принять меры для восстановления конституционных прав Сергея Аракчеева и Евгения Худякова.


Болван в польском преферансе
mladokoshkin
А что же СССР? Сразу после "дооккупации" Чехословакии, 18 марта 1939 года Литвинов предложил создать союз из шести государств - Франции, Британии, Польши, Советской России, Румынии и Турции, с целью противостоять любой будущей агрессии со стороны Германии. Немедленно раздался голос из Лондона. Чемберлен заявил, что подобная акция была бы "преждевременной".

21 марта 1939 года посол Сидс Британии в СССР передаёт Литвинову проект декларации, которую предполагалось подписать СССР, Англии, Франции и Польше:

Quote:
Мы, нижеподписавшиеся, надлежащим образом на то уполномоченные, настоящим заявляем, что, поскольку мир и безопасность в Европе являются делом общих интересов и забот и поскольку европейский мир и безопасность могут быть задеты любыми действиями, составляющими угрозу политической независимости любого европейского государства, наши соответственные правительства настоящим обязуются немедленно совещаться о тех шагах, которые должны быть предприняты для общего сопротивления таким действиям.
Предполагалось, что к декларации потом присоединятся Румыния, Турция и Греция. СССР дал согласие на подписание такой декларации, в случае если её подпишут Польша и Франция. Однако, уже к 29 марта стало ясно, что план проваливается. Румыния и Польша заявили (последняя совершенно категорически), что не будут участвовать ни в какой комбинации, если в неё входит СССР. Кроме того их совершенно не устраивали «консультации», они хотели бы твёрдых военных гарантий.

Как упоминалось в первой части, Британия 31 марта дала гарантии Польше в одностороннем порядке, и 6 апреля к этим гарантиям присоединилась Франция.

13 апреля были даны совместные англо-французские гарантии Румынии, Греции и Турции.

14-15 апреля Англия и Франция обращаются к СССР с предложением дать Польше и Румынии такие же односторонние гарантии. В ответ, СССР указывает на неприемлимость односторонних гарантий с мотивировкой «мы свои интересы всегда сами будем сознавать и будем делать то, что они нам диктуют. Зачем же нам заранее обязываться, не извлекая из этих обязательств решительно никакой выгоды для себя?». Вместо выдачи гарантий, СССР предлагает заключить договор о взаимопомощи. Проект договора предлагался такой:

Quote:
1. Англия, Франция, СССР заключают между собою соглашение сроком на 5 — 10 лет о взаимном обязательстве оказывать друг другу немедленно всяческую помощь, включая военную, в случае агрессии в Европе против любого из договаривающихся государств.
2. Англия, Франция, СССР обязуются оказывать всяческую, в том числе и военную, помощь восточноевропейским государствам, расположенным между Балтийским и Черным морями и граничащим с СССР, в случае агрессии против этих государств.
3. Англия, Франция и СССР обязуются в кратчайший срок обсудить и установить размеры и формы военной помощи, оказываемой каждым из этих государств во исполнение § 1 и 2.
4. Английское правительство разъясняет, что обещанная им Польше помощь имеет в виду агрессию исключительно со стороны Германии.
5. Существующий между Польшей и Румынией союзный договор объявляется действующим при всякой агрессии против Польши и Румынии либо же вовсе отменяется, как направленный против СССР.
6. Англия, Франция и СССР обязуются, после открытия военных действий, не вступать в какие бы то ни было переговоры и не заключать мира с агрессорами отдельно друг от друга и без общего всех трех держав согласия.
7. Соответственное соглашение подписывается одновременно с конвенцией, имеющей быть выработанной в силу § 3.
8. Признать необходимым для Англии, Франции и СССР вступить совместно в переговоры с Турцией об особом соглашении о взаимной помощи
Текст проекта был направлен в посольства Англии и Франции 17 апреля. По п.3. давалось отдельное разъяснение, что история с Чехословакие показала совершенную необходимость такого пункта в договоре.

Если присмотреться к тому, на каких позициях стояли стороны перед началом переговоров, то можно заметить, что Англия и Франция исходят из того, что агрессия сейчас угрожает Польше и Румынии. Если дать понять Гитлеру, что агрессия против этих стран вовлечет его в войну с тремя великими державами Европы, то верней всего он от войны откажется, и гарантии выполнять не придётся.

СССР исходит из того, что грантии придётся выполнять, и на этот случай нужно иметь союзный договор.

Обе позиции имеют свою логику. С точки зрения англичан всё симметрично - западные союзники дают односторонние гарантии полякам и румынам, и СССР даёт им же, такие же односторонние гарантии. С точки зрения СССР тут симметрией и не пахнет - если дойдёт до дела, то основная тяжесть выполнения гарантий ляжет на СССР.

Позиции весьма удалены друг от друга, французы и англичане были политически не готовы заключить столь связывающий договор с СССР, отнюдь не дружественной державой. Дело осложнялось ещё тем, что даже позиции Англии и Франции имели достаточно несовпадений.

Первой встречный проект выдвинула Франция. 25 апреля был выработан первый вариант, а 29 апреля — второй

Quote:
В случае если бы Франция и Великобритания оказались в состоянии войны с Германией в результате действий, предпринятых ими с целью предупредить всякое насильственное изменение положения, существующего в Центральной или Восточной Европе, СССР оказал бы им немедленно помощь и поддержку.

В случае если бы СССР оказался в состоянии войны с Германией в результате действий, предпринятых им с целью предупредить всякое насильственное изменение положения, существующего в Центральной или Восточной Европе, Франция и Великобритания оказали бы ему немедленно помощь и поддержку.

Три правительства согласуют между собой без промедления формы оказания этой помощи в том и другом из предусматриваемых случаев и предпримут все меры к тому, чтобы обеспечить ей полную эффективность.
По сути французы предлагают вместо подписания полноценного договора, утряска и шлифовка которого могут занять долгое время, принять прямо сейчас эдакую декларацию о намерениях, а настоящий договор вырабатывать уже на её фоне.

После разрыва германо-британского морского соглашения и Договора о ненападении между Германие и Польшей ясно, что «концепция Литвинова» исчерпала себя. 3 мая Литвинова отправляют в отставку, наркомом иностранных дел становится Молотов, сторонник жесткой линии, сразу же заявивший, что СССР готов к миру со всеми, кто хочет мира с СССР. Это означает, что шутки кончились, и «демократии» сие отлично понимают.

8 мая английский посол Сидс предлагает советскому правительству огласить хотя бы одностороннюю декларацию о намерениях помочь Англии и Франции, в случае если они окажутся вовлечёнными в военные действия выполняя гарантии восточноевропейским странам. Это был серьёзный прокол — принцип взаимности требовал бы предложить оглашение деклараций с принятием подобных же обязательств по отношению к СССР английским и французским правительствами. Сталин подметил прокол Сидса и ответил через «Известия» в авторской статье «К международному положению». Там он писал:
Quote:
оборонительная и миролюбивая позиция СССР, основанная к тому же на принципе взаимности и равных обязанностей, не встретила сочувствия со стороны Англии и Франции … Там где нет взаимности, нет возможности наладить настоящее сотрудничество
__________________

Когда стало ясно, что на подписание декларации советское правительство совсем-совсем не пойдёт, английские и французские дипломаты доработали текст декларации до полноценного договора. Были подробно перечислены случаи наступления casus foederis, даны отсылки к уставу Лиги Наций, членами которой были все три страны, и т.п. Проект был представлен 27 мая 1939 как совместный англо-французский.

НКИД СССР ко 2 июня подготовил и отправил советский вариант.

Кому интересно сравнить англо-французский проект и советский, могут посмотреть сюда http://journal.kurtukov.name/?p=17

Переговоры, добиться которых за три года так и не смог Литвинов, наконец, начинаются. До 15 июня переговоры велись в форме обмена письмами, с 15 июня они перешли в режим встреч делегаций. Всего с 15 июня по 2 августа прошло 12 заседаний переговорной комиссии. За основу был взят советский проект от 2 июня.

Основные разночтения в проектах были в списке стран, которым гарантировалась совместная защита от Британии, СССР и Франции (пункт 1), и в определении агрессии.

17 июля был согласован пункт 1. 23-го Сидс согласился с редакцией п.6 в советской формулировке, то есть на одновременное подписание военного и политического соглашений. 25-го было получено согласие на начало военных переговоров. Оставалась закавыка по косвенной агрессии.

С британской точки зрения, предлагаемая СССР формулировка косвенной агрессии делала возможным вариант, когда СССР под более или менее произвольным предлогом вторгается в прибалтийские страны, а Британия будет не только не в состоянии протестовать, но и, согласно букве договора, должна оказать содействие.

Лондон и Париж требовали для себя права в случае обострения решать, может ли данный случай считаться «агрессией» и, соответственно, следует ли им вмешиваться в конфликт. Что, исходя из прецедентов с Австрией, Чехословакией и литовской Клайпедой, никак не устраивало СССР, справедливо предполагавший – и открыто заявивший об этом – что «демократии» готовы связать потенциального союзника обязательствами, но сами брать на себя конкретные обязательства не желают.

Тем временем страны Эстония и Латвия сообщают, что «не готовы» принимать какие-либо гарантии и подписывают пакты о ненападении с Германией, предполагающие, в частности, военное сотрудничество. Еще пикантнее позиция Польши: несмотря на обострение отношений с Германией, Варшава официально заявляет, что не хочет связывать cебя какими-либо соглашениями с СССР. Историки позже назовут эту линию самоубийственной, но о причинах такого поведения у нас будет случай поговорить позже.

2 августа прошла последняя встреча «за круглым столом». Сидс вручил Молотову список членов английской военной делегации, Наджиар пообещал передать аналогичный французский список в ближайшее время. Политические переговоры были приостановлены, оставив так и нерешенным вопрос с формулировкой косвенной агрессии. К вопросу должны были вернуться после окончания военных переговоров.

5 августа 1939 г. английская и французская военныe миссии, примерно по два десятка человек от каждой страны, на борту 9,600-тонного лайнера City of Exeter, зафрахтованного у Ellerman Lines, отправляется из Лондона в Ленинград.

Со стороны Великобритании это было похоже на издевательство в чисто английском стиле: хотя возглавить делегацию вызвался сам Антони Иден, главой миссии был назначен малоизвестный чиновник МИД Стрэнг, а представителем Генштаба - второстепенный генерал Дракс (притом, что на переговоры с Польшей вылетел генерал Айронсайд, начальник имперского Генштаба). Больше того: хотя СССР, учитывая напряженность обстановки, резонно настаивал на скорейшем прибытии делегации и просил, чтобы она вылетела самолетом, англичане спешить не сочли нужным, и миссия отплыла из Лондона на комфортабельном лайнере, прибыв в Ленинград только 11 августа.

По прибытии выяснилось, что глава союзной миссии адмирал Реджинальд Дракс имел полномочия вести переговоры, но не имел полномочий подписывать соглашения.

Французы, силой географического положения намного более англичан заинтересованные в привлечении СССР на свою сторону, уже в ходе работы совещания наделили Думенка правом и на подписание всех нужных бумаг. Французы, надо признать, подошли к делу куда серьезнее, но они зависели от англичан, а у тех были свои резоны: 7 августа в Лондон в глубоком секрете прибыла германская делегация, имеющая полномочия урегулировать все спорные вопросы между Райхом и Королевством. Таким образом, для Чемберлена московские переговоры были, в первую очередь, средством «нажима» на Гитлера с целью сделать его более податливым.

На худо-бедно начавшихся 12 августа 1939 года в Москве переговорах начальник штаба Красной Армии Шапошников заявил, что Советский Союз готов выставить против агрессора 120 пехотных дивизий, 16 кавалерийских дивизий, 5000 орудий, 9000-10000 танков, 5000-5500 самолётов. В ответ генерал Хэйвуд, член Британской миссии заговорил об одной(!) механизированной и пяти(!) пехотных дивизиях. Что ещё хуже цифры эти имели тенденцию к понижению в зависимости от ранга лиц, присутствовавших на переговорах.

Вот, скажем, что пишет о том как проходили консультации советской стороны с военной миссией союзников в своих мемуарах Черчилль, ссылаясь на личную беседу со Сталиным в августе 1942 года. На одной из встреч в августе 1939 года Сталин задал вопрос: "Сколько дивизий выставит Франция против Германии в случае мобилизации?" Последовал ответ: "Около ста". Сталин, помолчав, спросил: "А сколько дивизий выставит Англия?". Ответ английской стороны: "Две. И две позже". "А, две и две позже...", - повторил вполголоса Сталин. "Знаете ли вы, сколько дивизий нам придётся послать на фронт в случае войны с Германией?" - он сделал паузу, - "больше трёхсот...".

Тем временем произошли два более чем важных события: лондонские англо-германские переговоры к 14 августа зашли в тупик: Британия ставили неприемлемые для Германии условия примирения, проявляя привычную тенденцию к затягиваю процесса до бесконечности, а советская разведка передала в Москву информацию о факте ведения Англией «параллельных» переговоров. Результатом стал крах «концепции Чемберлена», перемудрившего самого себя.
Доверять Британии у Кремля не было более никаких оснований, и СССР пошёл на обострение: 14 августа Ворошилов поставил вопрос ребром: разрешение на пропуск войск СССР на территорию Польши и Румынии был заявлен как «предварительное условие наших переговоров и совместного договора между тремя государствами» - без допуска советских войск на Польскую территорию для СССР будет невозможно оказать эффективную помощь Англии и Франции, если Германия сперва нападёт на них. А значит без разрешения на проход и договариваться не о чем.

При этом, конечно, положительного ответа можно было не опасаться - позиция Польши была всем хорошо известна. Министр иностранных дел Франции Боннэ якобы попытался оказать нажим на польского министра иностранных дел Бека, но тот "отказался". 20 августа 1939 года, за десять дней до нападения Германии на Польшу, командующий польской армией маршал Эдвард Рыдзь-Смиглы выступил с официальным заявлением: "В случае войны с Германией мы рискуем потерять нашу свободу, с русскими же мы потеряем нашу душу...". Ну, сам себе злобный Буратино
http://img.photobucket.com/albums/v2..._in_c_1939.jpg - Маршал Рыдзь-Смиглы, 1939 год.

17 августа глава французской военной миссии генерал Думенк сообщал из Москвы в Париж: «Не подлежит сомнению, что СССР желает заключить военный пакт и не хочет, чтобы мы превращали этот пакт в пустую бумажку, не имеющую конкретного значения». 20 августа его тон стал паническим: «Провал переговоров неизбежен, если Польша не изменит позицию». Однако после срочных консультаций с властями Франции Польша вечером 21 августа подтвердила, что ни о каком изменении позиции речи быть не может.

Таким образом, выставив «требование о проходе» предварительным условием, Ворошилов ввёл переговоры в кризис. 17 августа заседания совещания было решено прервать на три дня.

Теперь у Москвы появились и время, и основания выслушать предложения с германской стороны. Тем более ещё 15 августа посол Шуленбург зачитал Молотову послание Риббентропа, выражавшего готовность лично приехать в Москву для «выяснения германо-русских отношений» и «решения всех проблем». В ответ Молотов поинтересовался, насколько далеко готова идти Германия и какие гарантии готова дать. 17 августа последовал ответ: Германия готова подписать пакт высшего уровня сроком на 25 лет, причем хоть сегодня, а в качестве гарантий согласна подписать торгово-кредитное соглашение на условиях, «наиболее приемлемых» для СССР. 19 августа такое соглашение было подписано. В тот же день Молотов выразил согласие принять Риббентропа 26—27 августа и передал для ознакомления проект договора [о ненападении].

20 августа Гитлер направил Сталину личную телеграмму, в которой просил принять Риббентропа 22 или 23 числа. 21 августа пришел ответ: пусть рейхсминистр приезжает 23-го. Параллельно Ворошилов впрямую спросил глав англо-французской миссии: готовы ли Париж и Лондон подписать договор о взаимопомощи не позже конца месяца? Ответ, как и следовало ожидать, был отрицательным…

Последнее заседание на советско-англо-французских переговорах 21 августа было использовано сторонами для возложения друг на друга ответственности за затягивание переговоров.
Слово адмиралу Драксу:
Quote:
Советские руководители должны были бы представить себе, что для получения ответов на эти вопросы необходимо было снестись с нашими правительствами, а наши правительства в свою очередь должны были снестись с другими правительствами. Именно отсюда вытекает отсрочка, которая является нежелательной с любой точки зрения. Поэтому французская и английская миссии не могут принять на себя ответственность за отсрочку, которая имеет место.
Заявление советской стороны зачитал маршал Ворошилов:
Quote:
...
Намерением советской военной миссии было и остается договориться с английской и французской военными миссиями о практической организации военного сотрудничества вооруженных сил трех договаривающихся стран.

Советская миссия считает, что СССР, не имеющий общей границы с Германией, может оказать помощь Франции, Англии, Польше и Румынии лишь при условии пропуска его войск через польскую и румынскую территории, ибо не существует других путей, для того чтобы войти в соприкосновение с войсками агрессора.
...
Английская и французская миссии, к нашему удивлению, не согласны в этом с советской миссией. В этом наше разногласие.

Советская военная миссия не представляет себе, как могли правительства и генеральные штабы Англии и Франции, посылая в СССР свои миссии для переговоров о заключении военной конвенции, не дать точных и положительных указаний по такому элементарному вопросу, как пропуск и действия советских вооруженных сил против войск агрессора на территории Польши и Румынии, с которыми Англия и Франция имеют соответствующие политические и военные отношения.

Ввиду изложенного ответственность за затяжку военных переговоров, как и за перерыв этих переговоров, естественно, падает на французскую и английскую стороны.
Англичане, в рамках своей стратегии на затяжку переговоров восприняли это спокойно, но французы засуетились. В конце концов им удалось даже организовать давление на Варшаву. После напоминаний о том, кто тут кого гарантирует и кто кому даёт кредиты, 23 августа, аккурат в день подписания советско-германского Договора о ненападении, Варшава выдавила:
Quote:
Польское правительство согласно с тем, чтобы генерал Думенк сказал следующее: «Уверены, что в случае общих действий против немецкой агрессии, сотрудничество между Польшей и СССР на технических условиях, подлежащих согласованию, не исключается (или: возможно).
«…но было это уже весной и он отнёс ёлку обратно».

Вползание во Вторую Мировую войну
mladokoshkin
Disclaimer: поскольку всё многократно описано людьми куда более сведущими, я не буду изобретать велосипед, а воспользуюсь трудами Л.Вершинина с добавками из Г.Александрова и И.Куртукова и с напоминанием основных дат событий.
-----------------------
У всего на свете есть начало. После прихода Гитлера к власти, отношения Германии с СССР, до тех пор вполне нормальные и весьма взаимовыгодные, были заморожены, причём по инициативе именно Берлина.

Напомню, в середине 30-х ещё не было ни концлагерей, ни газенвагенов, Гитлер считался обычным руководителем обычной страны; политические и экономические отношения с Германией поддерживали большинство стран, в том числе все европейские, США, Канада, Япония.

Портить отношения с Германией у Москвы не было никаких оснований, объяснимых с точки зрения здравого смысла. С той же муссолиниевской Италией были вполне добросердечные отношения, со взаимным посещением военных манёвров, закупками военной техники и технологий и т.п. Сталин ставил советско-итальянские отношения в пример возможности добрососедского сосуществования идеологически чуждых государств в своей речи на XVII съезде.

А Берлин заявил о реванше, как о главном приоритете своей политике.
В марте 1935 году Германия явочным порядком вводит всеобщую воинскую повинность и начинает реализацию программы перевооружения армии. Это грубейшее нарушение военных статей Версальского договора и начало ревизии всей Версало-Вашингтонской системы мироустройства. В этот момент Германия предельно слаба, остановить её для держав-гарантов никакой трудности не представляет, однако державы реагируют более чем странно.

Премьер-министры Италии, Франции и Великобритании совещаются в Стрезе, Севера-Западная Италия (встреча завершилась 14 апреля 1935г), заявляют протест по поводу наращивания вооружений в Германии и решают совместно противодействовать этому процессу. Однако уже в июне Англия и Германия заключили морское соглашение, которое разрешало Германии увеличить военно-морской флот (Версальский договор это запрещал). Странное противодействие, да?

Однозначно отрицательное отношение к происходящему показывает только СССР. Нарком иностранных дел Литвинов известен как сторонник стабилизации обстановки путем создания «системы коллективной безопасности» и подписания перекрестной системы двусторонних договоров с целью поддержания Версальской системы.

2 мая 1935 года заключен договор о взаимной помощи с Францией, 16 мая подписан аналогичный договор с Чехословакией, подразумевающий роль СССР как второй (наряду с Францией) страны-гаранта. Отметим, что Союзный договор с Францией был логическим продолжением линии Барту на сближение с СССР и вовлечение его в европейские структуры безопасности, в частности в Лигу Наций. Литвинов внёс свой вклад, но изначально инициатива была французская.

Ответом Германии на этот договор была ремилитаризация Рейнской области 7 марта 1936 года.
Послам Франции, Великобритании, Италии и Бельгии вручен Меморандум германского правительства с уведомлением о расторжении Германией Локарнского договора 1925 г. Одновременно А.Гитлер заявил, что теперь Германия желает вернуться в Лигу Наций и предложил 25-летний пакт о ненападении Франции и Бельгии.

14 марта 1936 Совет Лиги Наций осудил Германию за нарушение Локарнских соглашений 1925 г. Ах, как страшно!

В ноябре 1936 года Германия подписала «Антикоминтерновский пакт» с враждебной СССР Японией, чуть позже к пакту присоединяется Италия.
Между прочим, еще в 1934 году аналогичный по духу договор подписан немцами и с Польшей, настроенной не менее антисоветски, нежели Япония, и на основе этого документа развернулось масштабное военно-политическое сотрудничество.

В конце 1936 года Италия и Германия начинают оказывать открытую военную поддержку мятежникам в Испании. А поставки оружия начали ещё в июле (и предоставили авиацию для переброски войск Франко из Марокко). Это не мешало им присутствовать в комитете по невмешательству.

Советский Союз начал поставки оружия в Испанию только в октябре, после неоднократных официальных протестов против невыполнения соглашения о невмешательстве.

Однако Англия и Франция по-прежнему молчат. И не просто молчат: объявленная ими политика «строгого нейтралитета» (в условиях, когда немцы и итальянцы ни о каком нейтралитете и не помышляют) фактически обрекает законное правительство Испании на гибель. Пытается бороться только СССР, но по множеству объективных причин его помощь республиканцам не может быть достаточной.

9 марта 1938 канцлер Автсрии Курт Шушниг объявляет о проведении 12 марта плебисцита по вопросу о сохранении независимости. Вместо плебисцита германские войска вступают в Австрию, и 13 марта объявляется, что она входит в состав Рейха.
Что делают в Париже, Лондоне и Вашингтоне? Правильно – ничего.

Не надо быть Сталиным, чтобы задаться вопросом: чем объяснить столь поразительную пассивность западных «демократий»? Учитывая же возможности Сталина, нетрудно предположить, что ответ у него был, хотя бы в общих чертах. А чуть позже, когда одна за другой сорвались попытки прощупывания Берлина на предмет «А не помириться ли нам?» (миссия Канделаки и другие аналогичные шаги), видимо, уже и не в общих. Стало вполне ясно, что какие-то гарантии от «демократий» Гитлер имеет. Что подтверждается и ширящимся потоком англо-американских инвестиций в промышленность Германии.

Далее следует Мюнхен и сдача «демократиями» союзной Чехословакии, пышно названная «политикой умиротворения агрессора». Чехословакия расчленена под гарантии со стороны Берлина, что более никаких претензий нет, а со стороны Лондона и Парижа, что если она подчинится общему решению «больших», то уж на впредь-то они дают самые настоящие, окончательные гарантии.

Следует особо подчеркнуть, что по ходу событий СССР несколько раз предлагает Праге помощь, оказать которую был обязан в соответствии с Договором 1935 года: сперва, как предполагалось документом, совместно с Францией, потом, когда стало ясно, что Франция (несмотря на то, что обязана) вмешиваться не будет, в одностороннем порядке. Необходимо всего лишь две вещи:
(а) официальная просьба Праги,
(б) согласие Польши на проход советских войск через ее территорию, поскольку общей границы у СССР и Чехословакии нет.

Прага, как известно, согласия не дает (под прямым давлением «демократий»), а Польша отвечает категорическим отказом. Объяснения Варшавой даны пышные и причудливые, но суть проста: сразу после подписания «Мюнхена» (и даже до того, как немцы вступают в подаренные Западом Судеты) польская армия входит в пределы расчленяемой соседки, при благожелательном молчании Германии и полном равнодушии Англии с Францией, только что давших Праге «окончательные гарантии» занимает Тешинский край.

Хронология чехословацкого кризиса 1938 г. - http://www.hrono.ru/sobyt/1938cseh.html

Карта http://www.hrono.ru/maps/1938cheh.jpg


===
Справка: Приложение № 4 к Мюнхенскому Соглашению полностью посвящено вопросу о польских и венгерских претензиях.
Там четко сказано: (а)Прага должна урегулировать эту тему с Варшавой и Будапештом в течение 3 месяцев с момента подписания, (б) если Прага этого не сделает (не захочет или не успеет) или если претензии к Праге будут неприемлемыми, в течение недели по истечении третьего месяца гаранты Мюнхена должны решить этот вопрос на специальной арбитражной конференции.
===

Венгры послушно выждали 3 месяца и получили свое. Поляки ничего ждать не стали: выдвинули ультиматум и вошли. Прага пыталась позвать на помощь гарантов, но от нее отмахнулись.

Отметим в скобках: если действия Германии, пусть стократ циничны, в данном случае формально законны, то Польша - юридически агрессор и оккупант; не будет ошибкой сказать, что именно вторжение поляков в Тешин стало первой безусловно военной акцией в рамках кризиса, и соответственно, именно Польша может быть признана стороной, реально развязавшей Вторую мировую войну на территории Европы. За что, впрочем, тут же и пострадала: тотчас после присоединения Судет, Гитлер впервые заявляет о том, что отношения с Польшей «нуждаются в уточнении».
----------------------------------------------------------------------------------------

24 октября 1938 года Риббентроп, завтракая в Гранд Отеле с польским послом Йозефом Липским, неожиданно изложил ошарашенному послу план по урегулированию всех германо-польских разногласий. Варшава должна вернуть Рейху Данциг, позволить немецкой стороне построить autobahn и железнодорожную ветку, обладающие правом экстерриториальности, через так называемый "Данцигский коридор" в польской Померании и присоединиться к Анти-Коминтерновскому пакту.
В качестве ответного шага Берлин гарантировал польские экономические интересы в Данциге, продлевал действие Германо-Польского пакта о ненападении от 1934 года с десяти до двадцати пяти лет и гарантировал польские границы.

Может быть для нынешних полуобразованных интеллигентов это и является сюрпризом, но, как это ни прискорбно звучит для либерального уха, Польша ещё за пять лет до Молотовариббентропа заключила, оказывается, с кровавым фашистским режимом точно такой же "пакт о ненападении". Кроме этого, гарантируя тогдашние польские границы, Германия фактически предлагала Польше союзничество. С границами вопрос интересный, и нам придётся вернуться немного назад, к Версальской конференции 1919 года, чтобы понять о чём шла речь.

Никто не покинул конференцию озлоблённым более, чем Германия. Новоиспечённая Германская Республика заключила мир с победителями на условиях, продиктованных в основном Вудро Вильсоном, и небезосновательно рассчитывала на сочуствие. Но надежды немцев были грубо растоптаны. Англичане и французы выдвинули абсурдные требования, на словах руководствуясь некими "принципами", а на деле всего лишь стремясь выплатить за счёт Германии свои собственные гигантские долги Соединённым Штатам. Кроме этого Германия потеряла примерно одну восьмую территории и двенадцать процентов населения. Часть германских земель пошла под так называемый Данцигский коридор, который давал вновь образованной Польше выход к морю и одновременно отделял Восточную Пруссию от Германии. Данциг, бывший немецкий порт, стал "вольным городом" под управлением Верховного Комиссара, назначавшегося Лигой Наций.

http://img.photobucket.com/albums/v2...g_corridor.jpg

Государство Польша было создано на территориях, на протяжении XVIII-XIX веков входивших в состав Германии, Австро-Венгрии и России. Три миллиона немцев оказались в новообразованном государстве Чехословакия. Ещё несколько решений конференции являлись компромиссами, которые не удовлетворили ни одну из сторон. Например, Франция хотела отделить Рейнскую область от Германии, однако этому воспротивился Вильсон, который взамен предложил французам договор, по которому США и Англия оказывали бы помощь Франции в случае гипотетической атаки со стороны немцев. Париж пошёл на это, однако уже после конференции Сенат США отказался ратифицировать этот договор, и французы остались с носом.

Вернёмся к нашим полякам. Липский отозвался о предложении Риббентропа в следующих выражениях: "...неуступчивый партнёр, который не понимает данцигской проблемы и лишь упрямо повторяет, что Данциг это немецкий город". Экий наглец этот Риббентроп, заметим мы. Смеет заикаться о том, что стало нашим. Ишь ты... Тем не менее Липский немедленно информировал своего шефа в Варшаве - Йозефа Бека. Бек немедленно переслал Липскому инструкции, в которых говорилось, что Польша не собирается жертвовать Данцигом даже и в обмен на сохранение германо-польского пакта, "хоть тот и доказал свою ценность" во время европейских кризисов тех лет.
19 ноября Липский изложил польскую позицию Риббентропу и отослал в Варшаву депешу, где говорилось: "Риббентроп вёл себя очень дружелюбно и дал понять, что его предложения от 24 октября делались им по собственной инициативе". Бек успокоился. Знал бы он тогда, бедняга, что 24 ноября Гитлер отдал приказ командованию Вермахта начать приготовления к оккупации Данцига. На землю его вернули слова Гитлера, который изложил ему во время визита Бека в Берлин 5 января 1939 года позицию Германии по данцигской проблеме теми же словами, которые Бек приписывал до этого лишь бестактности бесчувственного Риббентропа.

Гитлер, правда, попытался успокоить Бека следующими словами: "При любых обстоятельствах, Германия чрезвычайно заинтересована в существовании сильной и националистической Польши в связи с Россией. Что бы не происходило в России, какой бы режим там не существовал - царский, большевистский или любой иной, Германия всегда будет относиться к России с большой осторожностью. Те польские дивизии, что находятся на русско-польской границе, облегчают бремя, ложащееся на германские вооружённые силы". Я бы обратил внимание на эти слова Гитлера. А то считают, будто до 1917-го года существовала некая идеальная Россия. Выясняется, что "Европа" в лице Гитлера с ними не согласна. Россия остаётся Россией всегда, вне зависимости от правящего там политического режима. И всегда является конкурентом "Европы".

Чуть позже, 30 января 1939 года, выступая по случаю шестой годовщины прихода нацистов к власти, Гитлер упомянул в своей речи "великого Маршала, солдата и патриота Пилсудского"... "В настоящий момент не существует никаких разногласий между нашими дружественными и мирными государствами. Дружба между Германией и Польшей доказала, что она может служить гарантиям мира в политической жизни Европы". Кроме этого Гитлер вновь заявил, что в обмен на Данциг Германия "поможет Польше реализовать её националистические амбиции". Как видим, Гитлер снова и снова предлагал Польше союзничество.

Польша, не отвечая ни да, ни нет лавировала, выжидая. А между тем...

14 марта 1939г. Словакия, уже имевшая автономию, устами бывшего премьер-министра автономного правительства Йозефа Тисо заявляет о ее независимости от Чехословакии.

В ночь с 14 на 15 марта Гитлер принял у себя чешского президента Гаху и министра иностранных дел Хвалковского и потребовал добровольного вхождения в состав Рейха.
Гаха сдался, и наутро 15 марта 1939 германские войска оккупируют Богeмию и Моравию в Чехословакии. Вечером этого дня Гитлер совершает триумфальный въезд в Прагy. Захваченные области объявляются германским протекторатом.

Согласие Гаха дало Гитлеру возможность манипулировать буквой Мюнхенского пакта, утверждая, что договор не нарушен, так как Чехословакия развалилась по внутренним причинам, а Богемия и Моравия вошли в протекцию Германии добровольно. Подобный способ действия, «агрессия без агрессии», тоже требовал реакции. В частности этот эпизод сыгал роль в ходе дeбатов по «косвенной агрессии» позднее, на переговорах в Москве.

Первые отзвуки грома над Вислой прозвучали 21 марта, когда Риббентроп, встречаясь с Липским, не только вновь поднял Данцигскую проблему, но и в первый раз заговорил о главном: "Германо-польский пакт не может выжить без того, чтобы Польша недвусмысленно продемонстрировала свою антисоветскую позицию. Польша должна понять, что она должна сделать выбор между Германией и Россией". Двумя днями позже Бек, открыв газету, прочёл там, что Германия после ультиматума оккупировала литовский порт Мемель, переданный Литве по результатам Версальской конференции в 1919 году.

Бек вызвал немецкого посла в Польше фон Мольтке и сказал ему, что "любые попытки изменить существущий status quo по Данцигу будут расценены Польшей как акт агрессии". Правда, тут же, пытаясь смягчить тон заявления, он добавил, что "хотел бы знать какое соглашение может быть достигнуто, чтобы разрядить возникшее напряжение между двумя странами...".

31 марта при выступлении в Палате Общин по поводу поглощения Германией Чехословакии, Невилл Чемберлен заявил, что Британия гарантирует военную помощь Польше в случае "любой угрозы незвисимости Польши".
Великобритания и Франция дают Польше юридические гарантии поддержки в случае покушения на ее независимость - 6 апреля заключается Договор о взаимопомощи.

28 апреля последовал ответ Гитлера. Выступая в Рейхстаге, он заявил, что Германия денонсирует соглашение с Англией по военно-морскому флоту, согласно которому Германия могла иметь флот не превышающий 35% от размеров Royal Navy, "так как Англия проводит агрессивную "политику окружения" в отношении Германии".
Одновременно Германия разрывает ещё один договор - Пакт о ненападении с Польшей.

С этого момента с Польшей всё было ясно. Нападение Германии могло последовать в любой момент.